23 апреля губернатор ХМАО-Югры Руслан Кухарук представил депутатам окружной думы отчет о деятельности правительства за 2025 год. Документ объемом почти 90 страниц рисует картину социального благополучия региона: реальные доходы населения выросли на 5,9%, бедность снизилась до 5,5%, а безработица составила символические 0,21%. Однако если присмотреться к цифрам, связанным с экономикой, тревожные тенденции становятся все более заметными.
Индекс промышленного производства — 98,4%. Инвестиции в основной капитал в физическом объеме — 90,9% к предыдущему году. Консолидированный бюджет закончил год с дефицитом 69 млрд рублей. А валовой региональный продукт (ВРП) в 2025 году оказался ниже, чем годом ранее: 8,5 трлн против 9,9 трлн рублей.
Югра по-прежнему богата. Но ее богатство все больше уходит на поддержание сложившейся конструкции, а не на развитие. К чему приведет такое положение дел в будущем, NEFT разбиралась вместе с экономистом Иваном Вилковым, политологами Дмитрием Журавлевым и Дмитрием Орловым, а также с представителем бизнес-сообщества Владимиром Болотовым.
Витрина благополучия: доходы растут, бедность уменьшается
Правительству губернатора Кухарука есть чем гордиться в социальной сфере. Среднедушевые денежные доходы югорчан достигли 93 947 рублей в месяц, средняя номинальная зарплата — 135 914 рублей. Реальные располагаемые доходы (с поправкой на инфляцию) выросли на 5,9%. Уровень бедности сократился до 5,51% — это ниже, чем в среднем по России (6,7%).
Зарегистрированная безработица на конец 2025 года составила 0,21% — это почти полная занятость. Для сравнения: в целом по РФ этот показатель — 0,4%. Доля расходов консолидированного бюджета на социальную сферу достигла 64,6%.
В здравоохранении ввели в эксплуатацию 14 объектов первичного звена после капремонта, привлекли 89 специалистов по программам «Земский доктор» и «Земский фельдшер». В образовании 99,1% детей от 5 до 18 лет охвачены дополнительным образованием. В культуре — 23,8 млн посещений мероприятий. В спорте Югру признали «самым спортивным регионом России»: 65,1% населения систематически занимается физкультурой.
Однако при таких успехах в социальной сфере бюджет региона исполнен с дефицитом 69 млрд рублей. Экономист Иван Вилков в разговоре с NEFT объяснил этот парадокс расхождением двух видов налогов.
«Рост доходов населения ведет к увеличению сборов с налога на доходы физических лиц (НДФЛ). Но есть еще налог на прибыль организаций. За счет того, что в прошлом году было падение прибыли основных компаний округа, то и сборы по налогу на прибыль юридических лиц сократились. Это привело к тому, что доходы бюджета просели», — отметил экономист.
Остывающая экономика: промышленность и инвестиции – в стагнации
Индекс промышленного производства в 2025 году в Югре составил 98,4%. Добыча полезных ископаемых — 98,1%, обрабатывающие производства — 99,9%. Это не обвал, но отсутствие роста.
Инвестиции в основной капитал в денежном выражении остались почти на уровне 2024 года — 1 711,4 млрд рублей. Однако индекс физического объема упал до 90,9%: вложения в реальные активы (машины, оборудование, стройку) сократились почти на 10% с поправкой на инфляцию.
Консолидированный бюджет региона получил доходов 515 млрд рублей, а потратил 584 млрд. Дефицит — 69 млрд. Бюджет самого округа — минус 71,6 млрд рублей.
При этом ВРП в 2025 году в номинале оказался ниже, чем в 2024-м: 8 498,3 млрд против 9 933,6 млрд рублей. Хотя в физических объемах динамика еще есть (индекс 100,2%), стоимостное сжатие говорит о том, что цены на ключевой товар — нефть — не компенсируют падение количественной добычи.
«В 2008 году было максимальное значение валового регионального продукта. Потихонечку оно потом снижалось. Сейчас ВРП меньше, чем в 2008 году, скажем так. Пик пройден», — объясняет экономист Иван Вилков.
Нефть: сила и ограничение
До 80% экономики Югры по-прежнему завязано на нефтегазовую отрасль. В 2025 году в регионе добыта 13-миллиардная тонна нефти с начала промышленного освоения недр еще в эпоху СССР. Три года налоговых льгот позволили нарастить добычу трудноизвлекаемых запасов с 47 до 54 млн тонн в год.
Но в структуре обрабатывающей промышленности 87,9% приходится на производство нефтепродуктов. То есть даже сектор, который считается «несырьевым», в Югре пока тоже в основном перерабатывает углеводороды.
«Несомненно, до 80% экономики нашего региона базируется на нефтегазовой отрасли. Это аксиома, — признал в разговоре с депутатами губернатор Руслан Кухарук. — Но делать ставку на одну нефтяную отрасль с учетом текущей экономической ситуации было бы неправильно».
Губернатор обозначил вектор — диверсификацию. Но здесь же возникает классическая ловушка сырьевого региона: деньги ограничены, а тратить их нужно и на новую экономику, и на социальную стабильность. Здесь искусство управления, считает политолог Дмитрий Журавлев, в том, как найти баланс.
«Если экономику не развивать, то социалку в следующем году выполнять будет не на что. А если все уйдет в экономику, а социалки не будет, то власть просто до великих экономических успехов может не дотянуть. Это противоречие мировой, не только нашей экономики», — считает эксперт.
Диверсификация: проекты есть, но масштаб пока скромный
Власти демонстрируют усилия по перестройке экономики. В 2025 году запущены производства древесной муки, переработки отходов пиролизом, автоматизированная линия по выпуску пеллет. Созданы новые рабочие места в обрабатывающей промышленности.
В Советском районе продолжается строительство первого в России производства отечественных белковых компонентов (проект ООО «Победа-1»). В Нягани формируется особая экономическая зона промышленно-производственного типа. Первый резидент — «ЮЛХ-Мебель» — создает мебельное производство мощностью 2,8 млн элементов в год как аналог продукции ушедшей IKEA.
При этом, по словам губернатора, экспорт несырьевой продукции вырос на 29%, в основном за счет лесопереработки. Югорский лесопромышленный холдинг поставляет пиломатериалы в Китай, Сирию, Казахстан, Узбекистан.
Однако масштаб этих проектов пока несопоставим с нефтяной экономикой. Как замечает председатель совета Сургутской торгово-промышленной палаты, депутат думы Сургута Владимир Болотов, реальный сектор сейчас находится в режиме выживания.
«Задача всех реальных бизнесменов — работа над сокращением издержек и обеспечением самосохранения. Новые рискованные проекты уходят в ящик стола. Оптимизируются все процессы. Говорить о том, что завтра что-то выстрелит, нет оснований», — говорит Болотов.
Главная причина — дорогие кредиты. Ключевая ставка ЦБ делает инвестиции нерентабельными.
«Нет таких бизнесов, которые сейчас готовы даже просто покрыть кредитную ставку, — констатирует Болотов. — Пока не изменится денежно-кредитная политика, говорить о каком-то развитии категорически сложно».
Стабильность стоит дорого
Парадокс Югры в том, что социальное благополучие поддерживается ценой растущего бюджетного дефицита. Расходы консолидированного бюджета превысили доходы на 13,4%. И почти две трети этих расходов — социалка.
Промышленность не генерирует приростной прибыли, инвестиции сжимаются, а регион продолжает выполнять социальные обязательства. Вопрос, как долго сможет существовать такая модель.
«Когда сложности с экономикой, главным образом режут бюджет на развитие: инфраструктурные проекты, дороги, мосты, — объясняет экономист Иван Вилков. — Вначале надо базовые потребности закрыть, а потом уже все остальное».
Главный риск, по мнению Вилкова, — падающая добыча нефти при растущем населении. Если не заняться диверсификацией экономики — придется отказаться от задачи по удержанию людей в регионе.
С другой стороны политолог Дмитрий Орлов считает, что происходящее не стоит оценивать как отступление. По его словам, регион сознательно переходит от экстенсивного наращивания показателей к управлению сопротивляемостью системы.
«В условиях турбулентности сырьевых рынков попытка некритически достигать индексы промышленного производства была бы политическим популизмом. Кухарук реализует иную логику: фиксация вызовов и развертывание мер по их купированию. Удержание доли в общероссийской добыче на уровне 40% — это маневр на сохранение социальной стабильности и политической субъектности региона».
Что будет дальше, и есть ли у Югры запас прочности?
Губернатор Кухарук в своем выступлении перед депутатами подчеркнул, что регион нацелен на диверсификацию, поддержку креативных индустрий и малого бизнеса. Но признал: нефтяная отрасль остается главным драйвером, и в трудные времена именно ее поддерживали налоговыми льготами.
Отчет за 2025 год показывает Югру, которая остается сильным и богатым регионом. Но ее нынешнее состояние — это не движение вперед, а дорогое удержание устойчивости.
«Если хотя бы полгода продлится нынешняя ситуация с ценами на нефть, мы закроем свои проблемы с бюджетом на этот год, — резюмирует Иван Вилков. — Но что делать дальше — надо решать сейчас».
Успокаивающе звучат слова Дмитрия Орлова. Он уверен, что запас прочности у региона есть, а фундамент для устойчивости виден уже сейчас в стимулировании геологоразведки в Арктической зоне, сохранении льготы по налогу на прибыль.
«Дефицит бюджета в 69 млрд рублей сигнализирует о пределе жесткости. Среднесрочная прочность конструкции будет зависеть от того, успеет ли кадровая маршрутизация и инфраструктурное связывание территорий конвертироваться в экономическую отдачу быстрее, чем накопится усталость бюджета от высокой социальной нагрузки», — отмечает Орлов.
Подведем итог. Регион перешел из фазы уверенного роста в фазу дорогой устойчивости. Социальная сфера требует все больше ресурсов, а инвестиционная активность и промышленность сжимаются. Остается вопрос, сможет ли экономика Югры обрести новые драйверы до того, как исчерпает себя старая модель. Власти демонстрируют понимание задачи и делают шаги в направлении ее решения, но масштаб вызова остается.
