Как инженер из России учился языку и страдал от местной еды в Индии

Работа сутками и добрые местные — такой запомнил страну Евгений Степанов

Источник: NEFT

Евгений Степанов живет в Германии. Сейчас он генеральный директор нефтесервисной компании Top Tools. Но начинал нефтяник в Баренцевом море с работы помбуром. Устроившись в 2005-м в Baker Oil Tools (нынешняя Baker Hughes) сервисным инженером, Евгений стал часто ездить в зарубежные командировки и по работе объехал полмира. 

Он рассказал NEFT о своей первой поездке за границу — в Индию.

Поехал ради опыта

Менеджеры Baker Oil Tools были заинтересованы в том, чтобы молодые специалисты развивались, учились, поэтому энтузиастам предлагали стажировку за рубежом. Это одновременно и обучение и реальная работа на месторождении.

Мне даже вариантов особо не предлагали, просто сказали: «Есть работа в Индии, поедешь?» Я согласился, ни секунды не раздумывая. Хотел опыта набраться, это и было решающим. Тем более, я до этого не был за границей ни разу, мне просто было интересно. Это был 2005 год, не было такого развития интернета, чтобы просто залезть в телефон и прочитать там все. 

Туда я должен был отправиться в должности сервисного инженера-стажера. На тот момент у меня был очень слабый уровень языка. Легкий разговорный, я назову его так. Очень многих терминов еще не знал, учитывая, что в нефтегазе очень много сленга, который складывается из техасского диалекта, канадских диалектов. Но рассказать о себе, спросить, куда ехать, я на английском мог. Этого уровня руководству было достаточно.

Фото: предоставлено героем

Из документов мне делали визу, это где-то пару недель заняло. Еще нужно было сдать анализы на ВИЧ, пройти медкомиссию и поставить прививки от брюшного тифа и гепатита

Самое важное, что обязательно нужно было взять в дорогу — это наличка. Это ведь 2005 год, когда еще не было такого распространения банковских карт. Мне в кассе компании выдали 2 тыс. долларов — командировочные на случай непредвиденных расходов. Потому что было неизвестно, сколько я там пробуду. Изначально планировалось, что работа займет несколько недель, а в итоге в Индии я завис больше, чем на месяц. 

Работал 24 часа в сутки

Когда летел, я еще не знал, какие обязанности буду выполнять. Месторождение было недалеко от города Джодхпур. Там в аэропорту меня встретили мои менторы-канадцы. А вот багаж мой по пути потеряли, его я получил только через 2,5 недели. Получается, с собой был только рюкзак, в нем минимальный набор обезболивающих. Мне пришлось непосредственно в Индии докупать и рабочую одежду, и футболки, и нижнее белье. Благо, у меня были эти 2 тыс. долларов, и они мне помогли. 

Инженер в сервисной компании отвечает за какую-то часть оборудования, которая находится непосредственно на локации, на буровой площадке. В большинстве случаев сервисник приезжает на какое-то конкретное оборудование, например, на пакер. Инженер монтирует этот пакер, и будет работать непосредственно на устье, давать указания команде, какие манипуляции совершать, чтобы он заработал. В этом заключалась моя работа.

Фото: Константин Михальчевский, РИА «Новости»

Рабочий день был устроен так, что я работал чуть ли не по 24 часа. То есть, ты начинаешь монтаж своего оборудования на буровой. И пока оборудование спускается в скважину, ты можешь поспать. Чем глубже скважина, тем больше отдыха. Иногда спуск длится несколько часов, а иногда — несколько дней. Это абсолютно ненормированный график, в работе сервисником вообще нет понятия нормированности. А я был стажером же, а потому был готов работать сутками. Я спал по три часа, иногда чуть больше. Во время спуска отсыпался. Вот такой микс. 

Вместо кранов тяжести переносят местные 

В Индии и подобных странах всегда большое засилье экспатов. Экспаты всегда выделяются, они ходят в белых касках и их видно издалека. Местные компании заинтересованы в том, чтобы работа была сделана качественно, потому и приглашают людей из-за рубежа. 

Есть, конечно, и местные ребята, которые работают по принципу «Принеси-подай-помоги». Их, как правило, много, и они много и тяжело работают. Но руководят процессом экспаты. 

В Индии в связи с этим есть особенность. Если в Европе или в России для переноса тяжестей используют погрузчик или какой-нибудь кран, то в Индии тяжестями будет заниматься людская сила. То есть, супервайзер зовет местных индусов, и они вдесятером это что-то тяжелое поднимают вместо погрузчика и несут.

Фото: Pixabay

А в 2005-м ситуация с защитой труда там была гораздо хуже, чем в России. Если у нас каски или сапоги с защитным носком в то время уже считались нормой, то в Индии вот эти десять человек, которые носили тяжести, были и без касок, и без нормальных перчаток и без средств индивидуальной защиты. Сейчас все уже, конечно, на должном уровне, уже такого нет. 

А по характеру индусы все очень дружелюбные, они всегда пытаются помочь. Если просишь, они всегда сделают, они отлично к тебе относятся. Если подружишься с местными, они без проблем поделятся с тобой едой. А если дать им немножко денег, они купят, что просишь, например, мясо. Это в Индии проблема, потому что местные в большинстве своем вегетарианцы и к тому же едят достаточно острую пищу. 

Что пыталось меня убить в Индии

У нас была особенная техника безопасности, касающаяся ядовитой живности. Нужно всегда закрывать за собой дверь и не оставлять обувь на улице, потому что туда могут заползти насекомые или змеи. Еще правилом было перед тем, как надевать обувь, переворачивать ее, чтобы проверить, не заполз ли кто. Обувь тоже должна быть высокая, чтобы, если змея тебя укусит, то хотя бы в сапог. И на всех буровых, где я был, присутствовал если не врач, то хотя бы антидот. 

Эти животные после России кажутся гигантскими. Первое время шугаешься от тараканов, жуков и змей нереальных размеров. Через какое-то время привыкаешь, и даже ночью ты идешь и понимаешь, что под ногой их тела, давишь просто уже, не обращая внимания. К этому привыкаешь быстро. 

Первое время я там жутко мучился из-за еды. У меня были с собой препараты, которые постоянно от желудка употреблял. Потому что там острое буквально все. Даже если просишь сделать не таким острым, они не понимают этого, еда в любом случае будет острой. Когда я уезжал, врач мне советовал, чтобы я там каждый вечер выпивал 50 грамм коньяка. «Для дезинфекции», — так он сказал. И я его инструкции выполнял.

Фото: Pixabay

И вот еще что меня мучило — жара. Первые две недели кажется очень жарко, постоянно болит голова, ибупрофен всегда в кармане лежит. Во время работы у тебя в спецовке по бокам две бутылки воды, а на голове бандана. Воду ты периодически выливаешь на голову, а поверх надеваешь каску, чувство просто замечательное.

Через неделю уже становится проще, а через две — наступает полная адаптация. Ты себя прям хорошо чувствуешь, даже с учетом того, что можно на ближайшем камне пожарить яичницу. 

Экспаты в быту

Приезжие всегда создают для себя на рабочей площадке очень крутые условия. Они сразу же говорят: «Ребята, на ближайшее время это место — наш дом. Давайте сделаем его удобным для нас». 

Где бы мы ни были, всегда соблюдали чистоту. Нигде не валялся мусор, чего я никогда не наблюдал в России, где все очень сильно мусорят и никто не соблюдает хотя бы элементарных правил гигиены. Например, в России все строят себе непонятные туалеты-будки. А мы даже в Индии из никаких условий делали себе нормальный туалет и душ.

Фото: «Газпром»

Жили мы в четырехместных вагончиках. Устройство такое: кондиционер, четыре спальных места и небольшой стол, чтобы можно было поставить ноутбук и поработать. Условия были классные. Везде, где работают экспаты из разных стран, условия хорошие. Это хорошее спальное место, приемлемый матрас, постельное белье предоставляют. Когда я стал чаще работать в России, для меня стало дикостью, что надо с собой постельное белье возить. 

Во всех странах, даже в Африке, тебе предоставляют хорошее спальное место и хороший туалет. Это стандарт, который во всем мире вообще работает. Плохие матрасы и койки я видел только в Казахстане, Украине и России. 

Маленькая зарплата для мира, но большая для России

Так как я был стажером, получал минимальную оплату. Если мои коллеги-консультанты из Канады получали 950 долларов в день,  то я — 750 долларов в месяц (23 доллара суточных в день). Но для России тогда это была хорошая зарплата

Еще я там встретил русского бурильщика, он получал 1,5 тыс. долларов в день. Но сейчас таких зарплат в нефтянке уже нет нигде по миру, сейчас доход нефтяников стал гораздо ниже, чем тогда.

Джодхпур — город, в который прилетел Евгений/Фото: Pixabay

Зарплату мне компания платила уже в России в рублях. Но в контракте у нас стояла сумма в долларах, поэтому деньги я получал в соответствии с текущим курсом. Будучи в Индии, потратил какую-то сумму из своего кармана, но все это возмещает компания без всяких вопросов.

После Индии следующей страной был Казахстан, там тоже была сложная и интересная работа. А уже после Казахстана я стал в разные точки мира путешествовать. 

Я считаю, что такая работа — это для людей амбициозных, которые хотят набраться опыта. Первое что я вынес из поездки — это общение. Мой уровень языка стал выше, а знания о работе вышли на новый уровень. Я превратился в понимающего инженера, хоть пока и начального уровня.

Будьте в курсе всех важных новостей, подписавшись на нас в Google news, Яндекс.Новости, ВКонтакте и в Facebook. Свежие инсайды и ключевые политические события ищите в нашем telegram-канале NEFT.

Анатолий Кузнецов