Литий сможет заменить нефть? Разбираемся в российской индустрии электромобилей

Выгоден ли России рынок батарей и нужны ли нефтяники в мире с электродвигателями

Источник: NEFT

Мир стремится отказываться от двигателей внутреннего сгорания, так как техника на электрической тяге считается более экологичной. Ведущие автоконцерны — BMW, Volkswagen, Daimler, Volvo, Toyota, Honda — разрабатывают прототипы и выпускают серийные модели электромобилей, а само число их на рынке вырастет до 70 млн экземпляров за четыре года. Как следствие, в мире растет добыча лития и кобальта, которые используются для аккумуляторных батарей. 

NEFT разобралась, сможет ли рынок аккумуляторов и редких металлов прокормить Россию в мире без нефти — и найдется ли в этом мире место сегодняшним нефтяникам.

Зачем нам литий и кобальт и сколько они стоят

Численность электромобилей в мире, по прогнозом аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА), вырастет к 2025 году до 50–70 млн экземпляров. Это при том, что всего пять лет назад, в 2016-м, в мире было всего около 2 млн электромобилей. 

Как следствие, становится ценнее сырье для аккумуляторов — литий и кобальт. С 2016 по 2018 год стоимость этих редкоземельных металлов взлетела на 150% и 260% соответственно. К 2021 году кобальт стоит 53 тыс. долларов за тонну. Литий в конце 2020-го стоил до 7 тыс. долларов за тонну по данным «Тинькофф»

Фото: Pixabay

Согласно данным Минпромторга, по запасам лития Россия занимает третье место в мире, в стране 17 его месторождений. Информация исследователей АКРА Максима Худалова и Натальи Пороховой отличается от данных Минпромторга — у них по запасам лидируют Чили, США и Китай

Тем не менее, аналитики в своем прогнозе рынка редкоземельных металлов на 2022 год замечают, что запасы в России действительно крупные. На нашу страну приходится 900 тыс. тонн лития — или 2,25% мировых запасов. Кобальта в России меньше, всего 250 тыс. тонн. 

Где искать эти металлы

Литиевые месторождения в России не разрабатывают. Поэтому стране необходимо осваивать свои залежи. Например, их много в Мурманской и Иркутской областях. При этом в стране есть мощности по переработке литийсодержащей продукции. Это Химико-металлургический завод в Красноярске, завод «ТД Халмек» по производству гидроокиси лития в Тульской области и завод химконцентратов в Новосибирске. Все они закупают литий за рубежом, а получившуюся продукцию выпускают преимущественно на экспорт. 

С кобальтом все еще сложнее. В официальной стратегии правительства этот металл вообще не упоминается. По данным АКРА на 2018 год, общий объем добычи не превышал 5-6 тыс. тонн — это 5% мирового рынка. Добывает его в стране только «Норильский никель». Компания поставляет свое сырье для производства аккумуляторов европейскому концерну BASF. 

Основные запасы кобальта расположены в Норильском рудном районе — на севере Красноярского края, а также на Кольском полуострове. Большие неучтенные запасы должны покоиться в море, но добывать их под водой пока толком не умеют ни Россия, ни зарубежные конкуренты.

Фото: Pixabay

Есть ли рынок сбыта

Российским кобальтом всерьез может заинтересоваться Китай. Сейчас страна получает сырье для аккумуляторов у Конго — лидера по объему залежей кобальта в мире. Однако Китай обвиняют в монополизации этого рынка. Также известно, что в Конго на предприятиях используется детский труд, что вызывает вопросы у западных партнеров КНР. «В результате Китай может быть заинтересован в диверсификации источников кобальта для своей промышленности, а российские традиционные и нетрадиционные (морской шельф) источники сырья могут сыграть важную роль в обеспечении сырьевой безопасности Китая», — отмечают Худалов и Порохова.

Есть у России и свои планы, как добыть больше редкоземельных металлов. Их обнародовал «Коммерсантъ» в конце 2020-го. Согласно «дорожной карте» Минпромторга, власти хотят запустить 13 проектов, направленных на добычу различных редких металлов. Из них пять — по добыче лития, а два — по добыче кобальта. Инициатива спонсируется правительством совместно с «Росатомом». 62,7 млрд рублей будут бюджетными, 222 млрд — инвесторскими.

Кобальт на Алтае и в Конго будет добывать компания Uranium One Group, входящая в «Росатом». К 2024 году на двух проектах компания планирует получать 5 тыс. тонн металла в год. Литиевые проекты запускают в Чили и Аргентине, Забайкалье, Башкирии и Иркутской области. Объемы добычи на большинстве месторождений неизвестны. Цифра названа только для Завитинского месторождения в Забайкалье — до 8 тыс. тонн в год.

Фото: Павел Бедняков, РИА «Новости»

Может ли Россия выпускать батареи

Добытое в стране сырье можно не только продавать, но и использовать в собственном производстве литий-ионных аккумуляторов. И это выгодно. По оценкам Vygon Consulting, объем глобального рынка литий-ионных аккумуляторов составлял 43 млрд доларов. Рынок аккумуляторов растет, а само производство дешевеет, отмечают эксперты Vygon Consulting

Мировые лидеры производства литий-ионных аккумуляторов — это LG Energy Solution (Южная Корея), CATL (Китай), Panasonic (Япония), BYD (Китай) и Samsung SDI (Южная Корея). В нашей стране такого производства сейчас практически не существует. 

В России для массового производства литий-ионных аккумулятор построили завод «Лиотех» госкорпорации «Роснано» — единственное такое предприятие в стране на сегодняшний день. Во время открытия в 2011 году руководители проекта обещали к 2015 году выйти на объем продаж размером 35 млрд рублей. Однако планы не сбылись. В 2014-м производство остановили, а в 2016 году завод обанкротился — компании не удалось найти покупателей для своей продукции. В октябре 2019-го завод вышел из процедуры банкротства и его представители заявили о модернизации производства, которая обойдется в 4 млрд рублей

По информации «Ведомостей», литий-ионные батареи также собирает «Уралэлемент» (делает продукцию для военных), краснодарское предприятие «Сатурн» (делает продукцию для космических аппаратов) и электротехническая компания «Энергия». Но объемы выпуска у этих предприятий маленькие.

Автомобиль с аккумулятором производства «Лиотех»/Фото: Александр Кряжев, РИА «Новости»

Как в России развивают электроэнергетику

Стимулировать отрасль, зачатки которой только появляются в стране, власти хотят с помощью инвестиций. Как сообщили в правительстве «Ведомостям», общий бюджет вложений в Концепцию по развитию производства и использования электрического автомобильного транспорта до 2030 года составит 591 млрд рублей. Из них 499 млрд рублей — частные инвестиции. 

Концепция предполагает, что в России к 2030 году появится 72 тыс. зарядных станций для электромобилей, каждый десятый выпускаемый автомобиль станет электрическим, а в стране появится свое производство ячеек для аккумуляторных батарей. На 2020 год в России зарегистрировано 11 тыс. электромобилей — в семь раз меньше прогнозов. Со станциями все еще скромнее. Самый крупный оператор зарядных станций — «Россети» — насчитывает до 300 пунктов. Карта PlugShare содержит информацию всего о 400 зарядках на территории России. Фактически, за девять лет инфраструктура должна вырасти в 180 раз.

Развивать индустрию государство хочет с помощью программ поддержки для индустрии электромобилей. Туда входят льготные кредиты и транспортный налог, 25%-ные скидки при покупке электрокара, льготы для инвесторов в электромобили и комплектующие.

Фото: Нина Зотина, РИА «Новости

Как нефтяникам встроиться в будущее

Чтобы искать залежи лития, стране понадобятся геологи. Этими вопросами вполне могут заняться те же специалисты, что сейчас заняты в нефтяной отрасли. 

«Базовое образование геолога-нефтяника от другого ничем не отличается. Отличаются только профессиональные навыки узкой направленности, так как нефть и газ — не твердые полезные ископаемые. Здесь и возникает некоторая разница, хотя любой геолог может работать и там, и там», — рассказал NEFT доктор геолого-минералогических наук, профессор, заведующий кафедрой общей геологии и геоэкологического картирования МГРИ Виктор Дьяконов. 

Особенно это важно в контексте того, что российские университеты перестают готовить специалистов в геологии нефти газа, что отметил Дьяконов. По его словам, отрасли уже не нужно много таких работников, так как страна поднаторела в разведке углеводородов. 

Фото: Avito

При этом, по его мнению, вопрос подготовки кадров надо решать с другой позиции: «Либо изначально выпускать специалистов, способных переквалифицироваться, либо сужать профили. Мы сегодня стоим на втором. Тогда нет смысла никого переквалифицировать — лучше сделать новых специалистов для узкого направления, которые появятся в течение пяти лет. А нефтяникам не нужно искать редкоземельные элементы ни по своей специализации, ни по требованию государственного рационального использования». 

А вот добывать редкоземельные металлы у тех, кто добывает нефть, едва ли получится — совсем другая технология. «Добыча, конечно, разная. Нефть и газ — как вода, дыру в земле проковырял — и добываешь. Понятно, технически мы должны давление еще создать, стимулировать ее вытекание. Но тем не менее — эти ископаемые либо жидкие, либо газообразные. А твердые полезные ископаемые содержатся в горной породе, и их надо обогащать. Здесь важно, какое содержание нужного элемента в породе», — объясняет Дьяконов.  

Зато работники нефтянки, которые трудятся на промыслах сейчас, имеют шанс научиться работать с тем же литием еще на месторождениях нефти и газа. В России этот металл планируют получать в качестве попутного продукта при добыче углеводородов. Об этом говорится в Концепции по развитию производства и использования электрического автомобильного транспорта до 2030 года. В частности, такой проект анонсировал «Газпром» совместно с компанией «ИСТ Эксплорейшен». Они хотят получать литий из пластовых рассолов Ковыктинского месторождения.

Будьте в курсе всех важных новостей, подписавшись на нас в Google news, Яндекс.Новости, ВКонтакте и в Facebook. Свежие инсайды и ключевые политические события ищите в нашем telegram-канале NEFT.

Анатолий Кузнецов