Инженер по бурению из Беларуси — о работе на родине и в России

Чем отличается нефтянка у наших ближайших соседей

Источник: NEFT

NEFT познакомилась с нефтяником из Беларуси. Он восьмой год в отрасли,  работает инженером по бурению и часто ездит в командировки в Россию. По нашей просьбе он сравнил, чем похожа и чем отличается нефтянка у нас и ближайших соседей.

Кто рассказывает

Мне 30 лет, отучился на нефтяника в Гомельском политехническом университете и устроился на работу. Сначала немного поработал помощником бурильщика, а потом стал инженером по бурению.

Работаю дома вахтами. Но часто бываю в командировках в России. На протяжении уже нескольких лет я летаю в ЯНАО на месяц-полтора. Так что это тоже похоже на вахту, в принципе.

Быть нефтяником в Беларуси — не самый типичный путь, так как у нас только в одной области из семи добывают нефть. Есть еще фирмы, которые обслуживают газохранилища, но их тоже не так много. Все нефтяные компании у нас государственные, из зарубежных только «Газпром трансгаз Беларусь». 

Фото: «Газпром трансгаз Беларусь»

Престижность профессии и зарплата в Беларуси

Быть нефтяником у нас довольно почетно: если в среднем посмотреть зарплату по стране, то мы получаем несколько средних зарплат. Нельзя сказать, что богачи, но средний класс.

Я сравнивал зарплату в России и у нас — примерно одинаковая. Но это все за счет того, что в Беларуси проводилась очень много раз индексация, так мы и сравнялись. До этого очень многие специалисты уезжали к вам работать. Но сейчас стали понемногу возвращаться, потому что есть возможность зарабатывать те же деньги на пятидневке и быть с семьей. Также многие уходят в IT после пяти-десяти лет работы. 

Технологии и корпоративная культура

В большинстве случаев начальнику можно позвонить в любое время дня и ночи и решить возникший в ходе работы вопрос. Все потому, что полевики у нас не могут брать решение на себя без консультации руководства. Мне тоже приходилось звонить в два часа ночи, и никаких криков не было — спокойно решали проблему. 

В этом плане начальство у нас лояльное. Справедливости ради, замечу, что в России у меня все было тоже хорошо. Такую проблему, о которой я читал в ваших интервью — мол, руководитель орет и матерится — я встречал, но совсем редко. Чаще всего можно спокойно поговорить, обсудить точки зрения и прийти к консенсусу. 

Фото: Pixabay

В России технологии развиты получше за счет того, что у вас много лет работали мировые бренды (Schlumberger, Halliburton). А мы раньше работали только с российским оборудованием. Но понемногу появляются и мировые лидеры.  Наши начальники в этом плане реально стараются быть в тренде. Может, не на таком уровне, как у огромных заказчиков в России, но привозят новое оборудование: долота, двигатели. Все время ищут баланс цены и эффективности, пробуют и дорогие варианты, и подешевле. 

Сложнее добыча

Я не увидел каких-то ощутимых различий в технологии работы, все похоже. Но вот разрезы в том же ЯНАО отличаются от наших, они проще. Поэтому и скорость добычи другая.

У нас почва — это такой сложный пирог, много переслаиваний пород. А на Ямале все более равномерное: если написано, что на такой-то глубине будет такая порода, то так и будет. У нас все не так предсказуемо. Поэтому добывать нефть сложнее. К тому же, много трудноизвлекаемых запасов, приходится использовать сложные технологии для добычи. Например, часто гидроразрыв пласта делают, чтобы поддерживать уровень добычи.

Фото: Pexels

За время моей работы все поменялось в лучшую сторону у нас в стране. Поднялись зарплаты, и их постоянно индексируют. Бывает, что несколько раз за год даже. Хороший соцпакет, страховки. На объектах закупают новые жилые вагоны, современные. То есть, состояние нефтянки улучшается. 

Ямал и Беларусь: где холоднее?

Про быт в России ничего плохого не скажу — в местах, где я работал, были вполне хорошие вагончики, баня, чистая вода, столовая, где хорошо и вкусно кормили. А вот погода для меня стала сюрпризом. Я думал, что еду в сибирские морозы, ждал сильных холодов.

Оказывается, что у нас дома и похуже погода бывает. Все из-за того, что в Беларуси очень высокая влажность: погода скачет, то тепло, то холодно, из-за этого то все тает, то подмораживает. По моим впечатлениям, сибирские –35 градусов —ощущаютя как наши –20. Поэтому реально холодно уже, когда ниже –40, а то, что выше этой отметки, переносится легче, чем я предполагал. 

Фото: Pixabay

Есть чему поучиться друг у друга

Работать с коллегами из России мне понравилось. Потому что у вас отрасль большая, у нефтяников есть вомз может поработать в разных областях, поэтому и знают они однозначно больше наших. Эти люди могут чему-то научить конкретно в решении рабочих вопросов, подкачать что-то. 

Многие мои соотечественники, поработав в России, возвращались на родину и привносили новшества в работу, которым научились там. Но и мы иногда можем что-то подсказать, так как у нас геология отличается от российской. В общем, работалось вместе хорошо, никаких конфликтов не возникало.

Подписывайтесь на наш канал в телеграме, чтобы узнать важные новости первыми

Анатолий Кузнецов

Корреспондент