«Много плакал»: история жителя ХМАО, которого понизили после первой же вахты

Бесконечная бюрократия, нервный срыв и море ошибок

Источник: NEFT

Андрею 23 года, он родился и вырос в Сургуте. Закончил Сургутский педагогический университет по направлению «Управление качеством» и спустя несколько лет поисков хорошего места работы попал в крупную нефтегазовую компанию.  Впервые он отправился на вахту в мае 2021 года в качестве административного работника. После первой же вахты его понизили и угрожали урезать зарплату. Андрей рассказал NEFT, как так получилось. 

Как я попал в нефтянку

После универа я работал на разных дурацких работах — в «Ленте», в «Додо Пицце», логистом на грузоперевозках неофициально и удаленно. Нигде особо долго не задерживался. 

Так продолжалось, пока отец не прислал мне информацию, что их компания ищет офисного сотрудника для работы на Талакане. Отправил резюме и стал ждать. Отец, как он сам мне сказал, никак не повлиял на то, чтобы меня взяли. Есть предчувствие, конечно, что это неправда — может, он и поговорил там с кем-то.

Где-то месяц я проходил неоплачиваемую стажировку в Сургуте. Делал всякую мелкую работу, учился всему. По бумагам я еще не был никак трудоустроен, но и обязаловки не было — приходил, когда хотел, уходил тоже. Мне показывали принципы работы с документами, чтобы выстроилась общая картина.

Фото: Pixabay

В апреле  меня трудоустроили техником отдела кадров, и месяц я работал в Сургуте на пятидневке. Когда  всему научился, меня отправили в десятидневную командировку на Талакан. Выплатили командировочные — 20 тыс. рублей что ли. Вернувшись, я поработал еще в офисе немного, где получил кучу заданий. С этого момента и начал копиться бесконечный снежный ком моих ошибок. 

Например, еще будучи в Сургуте, я не провел пару отпусков. В системе все оформил, а документы в бухгалтерию не предоставил. Но за это с меня спросили уже на Талакане.

Как я привыкал к бесконечной бюрократии

Моя вахта длилась чуть больше месяца — уехал я в конце апреля, а вернулся в начале июня. Моя работа заключалась в оформлении отпусков, больничных, а также в оформлении увольнения и приема на работу. За каждым из моих коллег закреплена работа с документами по определенному цеху и какая-то большая глобальная задача.

Административная работа предполагает участие сразу в нескольких параллельных процессах. Поэтому и ошибки возникали иногда одновременно. Но я даже мог не знать о них. Поначалу косячил с отпусками, это было еще в Сургуте. По нескольким людям я не отдал расчеты бухгалтеру — и возникли проблемы. На вахте я продолжил оформлять отпуска, там тоже где-то ошибался.

А ошибки месячной давности тем временем начали возвращаться. В июне мне звонили по вопросам, которые я решал в середине апреля. Пока я решал их,  упускал что-то новое, что происходило здесь и сейчас.

Фото: Unsplash

Одному сотруднику я не перенес отпуск, как он просил. Дело в том, что сроки уже были утверждены, поэтому для переноса требовался отдельный приказ. А у меня в этот момент была другая задача, которая требовала кучу времени. Из-за особенностей нашей системы в компьютере нельзя было заниматься ничем, кроме этого процесса. Я делал эту работу даже в личное время, но все равно не успел — еще и отпуск не перенес. Пришлось писать объяснительную и лично говорить человеку, что по моей вине сроки не изменились. 

За некоторые ошибки пришлось платить из своего кармана. У нас после дисциплинарного нарушения увольнялся вахтовик — его поймали с алкоголем на работе. Его от работы отстранили, но в нашей внутренней системе я этот момент не учел. Как итог — день, когда он был отстранен, посчитали как рабочий, и выплатили ему лишние 2,5 тыс. рублей. 

Недостачу надо было как-то закрывать, и я решил выплатить ее из своего кармана

Уже были случаи, когда в ходе долгих разбирательств кадровика заставляли возмещать ущерб. поэтому я решил не спорить. Вообще из-за отпусков и компенсаций я мог залететь и на большую сумму — и на 20, и даже на 100 тыс. рублей. Но обошлось, слава богу. В первом случае попался адекватный сотрудник, во втором — выплаченные не вовремя отпускные деньги удержали из зарплаты сотрудников по закону. 

Но основная ошибка, которую мне еще придется исправить — из-за меня люди не получили очень важные документы на руки.  Не буду говорить какие, так как не уверен, что это можно говорить. Но это очень серьезный косяк. Теперь мне придется еще эти проблемы решать в Сургуте. Буду перед вахтой сидеть в офисе и оформлять документы.

Фото: Михаил Фомичев, РИА «Новости»

Как меня обещали уволить

Чаще всего решение подобных проблем сводится к простому алгоритму: пишешь объяснительную, потом служебную записку. После этого по подписанной начальником служебной записке выходит приказ, уже он и регулирует все ошибки, которые я наделал. Но это очень долгий процесс — бесконечные бумажки нужно со всеми сразу согласовывать. Их постоянно возвращали обратно, приходилось переделывать. Пока я отчитываюсь об одной ошибке, уже упускаю следующую. Повторюсь, это огромный снежный ком.

Приходилось звонить старшим сотрудникам или начальнице и просить у нее совета. Начальница очень ругалась, она была зла. Обещала, что порежет зарплату, грозила увольнением. Впрочем, ни того, ни другого она не сделала. Не знаю, почему меня просто не выкинули. Видимо, потому что я старался и приходил ко всем на помощь, когда было нужно, учился на своих ошибках. Не было такого, чтобы я на работе просто сидел и отдыхал. 

Поначалу я много плакал на рабочем месте,  потому что у меня не было сил работать дальше.

Я очень волновался, что оставлю много работы своей сменщице и что меня уволят. Потом эти мысли об увольнении почему-то перестали меня волновать. Зато начались какие-то странные боли в межреберье от нервов. 

Я просто отстранился от ситуации. Смотрел сериалы в свободное время после работы. Во время перерывов звонил друзьям, разговаривал, чтобы как-то отвлечься, включал себе на фоне музыку и подкасты, чтобы так одиноко не было.

Фото: Pixabay

Уже вернувшись с Талакана, я не мог какое-то время нормально спать, меня постоянно преследовали мысли о работе. Начал принимать успокоительное, потому что боли не унимались. Невозможно было отдохнуть, пока замначальника отдела не позвонила мне и не сказала, что все нормально. 

Как меня понизили

Эти проблемы нельзя было предотвратить, мне кажется. Они возникли просто по неопытности — я был максимально внимателен в работе, уделял ей все силы, работал сверхурочно и по выходным. Но этого просто не хватило. Еще хочу подчеркнуть, что большинство из них возникли тогда, когда я еще не понимал некоторых процессов.

Меня перевели на должность кладовщика в одном из цехов — по факту понизили.
Хотя это, конечно, называют «горизонтальной мобильностью».

Замначальника отдела позвонила и сказала: «Ну где такую работу найдешь, еще и по вахтам. У нас освободилась должность кладовщика, могу тебя туда взять, чтобы не увольнять».

Платят там на 40 тыс. рублей меньше. Была зарплата 140 тыс. рублей, а теперь будет 100 тыс. Но я рад. Эта работа не такая сложная, нет такой многозадачности, нет столько нервов. Надеюсь, будет проще, меньше будет болеть голова и не придется оставаться после работы.

Фото: Алексей Куденко, РИА «Новости»

Мне кажется, что работа кадровика — это просто-напросто не для меня. Слишком многозадачная работа. Недаром все мои коллеги были женщинами. Я не знаю, насколько это научно, но слышал, что женщины от природы лучше выполняют несколько задач одновременно, чем мужчины. Я так себе это объясняю. Мне всегда было сложно удержать в голове больше трех-четырех вещей одновременно, а там их гораздо больше.

Поэтому работать кадровиком не готов абсолютно. Мне многие советовали — те же родители — чтобы я остался в свободную вахту и доделал все ошибки, сохранил должность. Но я отказался.

У вас есть своя история провала? Или вы просто хотите рассказать о вахтовой жизни? Присылайте свои истории в директ нашего Instagram или на почту kuznetsov@neft.media

Будьте в курсе всех важных новостей, подписавшись на нас в Google news, Яндекс.Новости, ВКонтакте и в Facebook. Свежие инсайды и ключевые политические события ищите в нашем telegram-канале NEFT.

Анатолий Кузнецов